DIGITALIZATION OF THE ECONOMY IN A POST-INDUSTRIAL SOCIETY FROM THE PERSPECTIVE OF INSTITUTIONAL AND TECHNOLOGICAL CHANGES
Abstract and keywords
Abstract (English):
The author analyzes and characterizes the government program "Digital economy of the Russian Federation". It shows the connection of the digital economy not only with e-Commerce and e-business, but also the creation of conditions for the development of the knowledge economy in Russia to determine the prospects for technological development. The problem of knowledge commercialization related to the evaluation of publications and scientific developments of domestic scientists is revealed.

Keywords:
knowledge economy, digitalization of the economy, information resource, technological measurements, scientific publications
Text
Publication text (PDF): Read Download

Введение

 

Развитие информационных технологий в третьем тысячелетии повлекло за собой трансформацию всех сфер жизнедеятельности общества, при этом с позиций институциональных изменений и экономической психологии инновационного менеджмента новая экономика («цифровая экономика») основана на знаниях и использует информационные ресурсы, которые имеют существенные отличия от традиционных ресурсов (табл. 1) [27].

 

 

Таблица 1. Свойства информационного ресурса

 

Традиционный ресурс

Информационный ресурс

Материальные потоки и запасы

Нематериальные потоки и запасы

В процессе использования уменьшается

В процессе использования увеличивается

Частное благо

Общественное благо

Ограниченный

Неограниченный

Тиражируемый с большими затратами

Тиражируемый с малыми затратами

Убывающая предельная полезность

Сетевые эффекты и возрастающая предельная полезность

 

 

Информационный ресурс постиндустриальной экономики, как показано в целом ряде исследований, актуализирует необходимость пересмотра концептуальной модели построения рационального хозяйства по отношению к традиционному ресурсу [3, 6, 11, 14, 16, 22, 25].

1. Анализ институциональных изменений, связанных с четвертой промышленной

революцией и основные положения

правительственной программы

«Цифровая экономика»

 

Основными отличительными особенностями цифровизации экономики с позиций институциональных изменений в постсоветский период являются [2, 4, 13, 17, 20]:

  • сетевые способы координации экономических связей реализуются на основе создания кластерно-сетевых систем с горизонтальными связями и механизмами пространственной интеграции и взаимодействия;
  • развитие видов деятельности переносится на услуги образования, сферы туризма и рекреации, здравоохранения, финансы и др.;
  • преобладающей формой знаний являются неявные знания;
  • преобладающие инновации в экономике – открытые;
  • основными ресурсами становятся информация и человеческий капитал;
  • помимо традиционных отраслей (промышленность, транспорт и др.) происходит рост инвестиций в креативные отрасли.

В работах по институциональной экономике и экономической психологии, в практической деятельности ряда стран появилось понятие «цифровая экономика» [5, 8, 10, 26, 30 и др.].

Начало XXI в. принесло развитие цифровых технологий на основе информационной революции и процессов глобализации экономики. В руках человека информация преобразуется в знания, а социально-экономические отношения переносятся в сетевое пространство. Ключевым фактором цифровой трансформации в деятельности субъектов рынка является развитие цифровой культуры [7].

Стремительный рост цифровой культуры населения позволяет предложить концептуальную модель построения рационального взаимодействия субъектов хозяйствования (рис. 1).

Согласно разработанной схеме предлагается использовать следующую последовательность формирования альтернатив регулирующих функций для различных уровней управления и методики прогнозирования пространственно-временного развития при анализе показателей социально-экономического роста хозяйства [5].

1. Анализируется состояние хозяйства. Это
включает обзор системы ведения хозяйства,

его институционального обеспечения.

2. Определяются уровни ведения хозяйства.

3. Определяются субъекты рационального хозяйства. Выделены три основных субъекта функционирования рационального хозяйства с учетом уровней ведения: хозяйство, менеджмент хозяйства, потенциал хозяйства.

4. Определяются показатели выделенных субъектов рационального хозяйства, которые влияют на его рациональный качественный социально-экономический рост.

5. Проводится сбор статистической информации по показателям.

6. Обосновывается метод исследования, например, метод факторного анализа, индексный метод, ранжирование, экспертный метод и др. с применением нейротехнологий для цифровой информационно-аналитической системы.

7. По данным методики расчета происходит формулирование выводов с определением неопределенности, рисков, угроз, опасности внутренней и внешней.

Проводятся корректирующие действия для обеспечения безопасности рационального хозяйства от внутренних и внешних угроз институциональных деформаций.

Реализация представленной на рис. 1 концептуальной модели связана с необходимостью анализа программы «Цифровая экономика Российской Федерации», которая введена распоряжением правительства РФ от 28 июля 2017 г. № 1632-р [1].

Анализ правительственной программы показал, что она включает разделы экономики и сферу социальных услуг, имеет подробную дорожную карту исполнения до 2024 года, предусматривает участие научных ресурсов, подготовку профессиональных кадров, гранты для талантливой молодежи, повышение компьютерной грамотности и приобщение к глобальной сети интернет всех слоев населения.

Согласно программе, цифровая экономика представлена следующими тремя уровнями:

  1. Рынки и отрасли, где производится внедрение цифровых технологий.
  2. Платформы и технологии, позволяющие провести внедрение цифровой экономики.
  3. Среда, которая создает условия для развития платформ и технологий, эффективного взаимодействия субъектов рынков и отраслей экономики, она же включает в себя создание информационной безопасности для реализации проектов цифровой экономики.

 

 

Корректирующие действия во времени (стратегические, тактические, оперативные)

Рациональное хозяйство

ОБЪЕКТ

Рационально отвечает на три вопроса экономики: Что производить? Как производить? Для кого (чего) производить?

Рационально использует три фактора производственного процесса

 (труд, земля, капитал)

Системы ведения народного хозяйства (управляемая, свободная)

Виды несовершенной конкуренции

 (монополистическая конкуренция,

олигополия, монополия)

Институциональное обеспечение (формальное, неформальное)

Микроуровень

Мезоуровень

Макроуровень

Мегауровень

Хозяйство

 

 

СУБЪЕКТ

Менеджмент

хозяйства

 

СУБЪЕКТ

Контроль хозяйства /Цифровая инфраструктура

СУБЪЕКТ

Потенциал

хозяйства

 

СУБЪЕКТ

Показатели. Пороговые значения (с изменениями)

Сбор информации (с учетом сбоев)

Расчет методы исследования

(Цифровая информационно-аналитическая система)

Выводы исследования / цифровой контроль и управление менеджера

(определенная неопределенность – риск – угроза – опасность)

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Рис. 1. Концептуальная модель построения рационального хозяйства с учетом цифровизации экономики [7]

 

 

2. Технологические и научно-образовательные проблемы цифровизации

экономики

 

Как показано в работах О.С. Сухарева, на пути внедрения цифровых технологий в процессе реализации правительственной программы «Цифровая экономика» существует целый ряд проблем, связанных с содержанием технологического процесса в ИТ-секторе [20, 21].

Общая схема технологического процесса в ИТ-секторе представлена на рис.2 [22].

 

Программы – ПО

Операционная система

D3 – спрос на ПО

Спрос на компоненты D1

Компьютеры

Расширение памяти

Новые компьютеры

Память нельзя расширить

D2 спрос на компьютеры

Новые возможности в ПО

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Рис. 2. Общая схема технологического процесса на ИТ-рынке (ПО – программное обеспечение)

 

 

На рис. 2 показаны три вида спроса:

  • на элементы компьютера (память, диск), которые можно модернизировать и не требуется покупка нового компьютера, т.е. позволяют потребителю обойтись меньшими затратами (D1);
  • на готовые компьютеры, обладающие возможностями постановки нового программного обеспечения, включая операционную систему (D2);
  • на программное обеспечение, имеющее новые возможности, информацию о которых потребитель в основном получает заблаговременно от производителя.

Как видно из имеющихся связей, показанных на рис.2, каждый вид спроса мультиплицирует другой вид спроса. Образуется раскручивающийся замкнутый маховик развития данного сектора, включающего многие рынки со встроенным спекулятивным механизмом, позволяющим выжимать из рынка значительную прибыль, привязывая потребителя к определенной модели поведения осуществления перманентных затрат на компьютеры и программное обеспечение. Указанный эффект оказывает влияние на рынок знаний и механизмы обмена, распространения знаний. Спекулятивный потенциал здесь значительный, так как само знание обладает высокой неопределенностью в применении. Причем данная неопределенность выше, чем на рынке компьютеров и программного обеспечения [22].

Спрос на новые технологии возрастает и подталкивает спрос на улучшение действующих технологий, а спрос на старые технологии резко сокращается, так же как и сами используемые технологии вытесняются новыми технологиями, причем довольно активно (рис. 3) [22].

 

 

Технологическое

обновление

Спрос на новые технологии v1

Создание

новых

технологий

 

Используемые технологии

v3 – спрос  на старые технологии

v2 спрос на улучшение

Возможности применения

вытеснение

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Рис. 3. Схема технологического пузыря

 

 

О.С.Сухарев показал, что из схемы технологического пузыря следует, что dv1/dt>dv3/dt, причем dv3/dt<0, dv1/dt>dv2/dt, при этом спрос на улучшение может возрасти, но на меньшую величину. Важным условием технологического пузыря является то, что изменение спрос на новые технологии становится функцией этого изменения, т.е. dv1/dt=f(dv1/dt). Данный цикл работает не только для вытеснения всех используемых технологий, которые возможно вытеснить (до нуля в идеале), но и пока не исчерпается возможность генерации новых технологий, пока dv1/dt = const либо dv1/dt<0. Если заменить слово «технология» на «знание», то приведенные рассуждения окажутся справедливыми относительно знаний.

В работах по институциональной экономике и экономической психологии показано, что институты оказывают существенное влияние на воспроизводство и распространение знаний [9, 12, 19, 27 и др.]. Накопленный интеллектуальный капитал, выраженный в виде авторских свидетельств, патентов, изобретений, созданных полезных моделей, совершенных открытий, разработанных методик, формул, составляет базу применения и генерации новых знаний. Однако интеллектуальная собственность, закрепленная в указанных институтах, обеспечивает монополизм на рынке знаний и одновременно выступает институциональным ограничением на то, чтобы происходил полный обмен знаниями. Именно в силу наличия данных институтов осуществляется частичный обмен знаниями, т.е. полный обмен является идеальной конструкцией [22].

Для ускорения технологического развития (рывка) требуется обогащение экономики знаниями, имеющими свое приложение. Повышение издержек обмена знаниями, тиражирования и обучения будет действовать в направлении элиминирования такого ускорения.

Существующая система оценки приращения знаний, публикационной и изобретательской активности, не способствует появлению патентоспособных идей и новых российских технологических инноваций [17, 18].

В России установленный приоритет только двух баз индексирования научных публикаций в журналах Scopus и Web of Science (табл. 2), засчитываемых в заработную плату, приводит не только к монополизации рынка печатной научной продукции и зависимости журналов от внешних стандартов (блокируется появление нового научного журнала, не обладающего соответствующим импакт-фактором), но и к потере принципа приоритета по времени. Когда срок ожидания для опубликования результатов в данных журналах велик, то за меньший период времени, опубликовав в иных журналах те же идеи, можно получить научный приоритет и выиграть конкурентную борьбу. Сама же публикация в журналах, относимых к какой-то базе индексирования, не гарантирует ни научности, ни приоритета, если рассматривать конкуренцию при распространении и использовании знаний [16, 22, 25].

 

 

Таблица 2. Характеристики компаний, индексирующих научные журналы, устанавливающих правила

и контролирующих рынок научных публикаций

 

Характеристика

Web of Science (Clarivate Analytics)

Scopus (Elsevier)

Штаб-квартира и год

основания

Филадельфия (США), 2016

Амстердам (Нидерланды), 2004

Материнская компания или владелец, вид услуги

OnexCorporation (Акционерное

общество), инвестиционные услуги

ReedElsevier(Акционерное общество), информация и аналитика

Число сотрудников

в 2019 г., тыс. чел.

192

30

Активы/прибыль на 2018 г., млн. долл. США

45 417 / 6222

13 999 / 1428

Число охваченных

журналов, шт.

11 459

23 700

Услуги (платные)

Защищает более 90% известных брендов в мире, патентный анализ и правовое регулирование, проведение исследований

Получение информации по любому направлению исследований, статуса сотрудника и индекса цитируемости. Издательства Elsevier, Springer и Wille yмонополизировали рынок и контролируют его

Источник: данные сведены на основе информации: OnexCorporation. URL: https://ru.investing.com/equities/onex-corp-financial-summary; RELX. URL:http://ru.investing.com.

 

 

Как следует из таблицы 2, контроль баз индексирования, по которым делается вывод о престижности публикаций в России, принадлежит частным лицам – акционерным обществам. Причем деятельность этих компаний касается не только издательской, но и патентной деятельности в части установления стандартов в области опубликования научной информации. Следовательно, речь идет о создании институтов и организаций, выполняющих функцию формирования рынка не только научной продукции, но и идей, потому что через опубликование происходит доведение идей до широкой общественности. Это один из способов влияния на развитие экономики знаний посредством создания правил и стандартов и их распространения на других агентов – игроков рынка. Такой подход обеспечивает подчинение этих агентов, так как инициатор изменений оказывается изначально в выигрышном положении, поскольку контролирует полностью начальную точку движения, формируя для остальных отстающий режим рынков, научных журналов и даже патентной информации превращает частные компании Scopus и Web of Science в глобальные банки не просто данных и информации, но и знаний, которые можно контролировать [25].

Российские ученые публикуют статьи с английской аннотацией, где указываются цель, методология и результаты исследования, т.е. дается справка о содержании исследования. С одной стороны, это нужно, чтобы облегчить восприятие исследования другими членами научного сообщества. Однако зачем нужен перевод на иностранный язык внутри России, ведь конкурирующая сторона не делает аналогичного на русском или китайском языках, т.е. не облегчает восприятие научной информации учеными другой страны [22]. Неравноправные условия конкуренции в науке и экономике знаний заданы по направлению наук и образования. Вследствие внешнего лоббизма российские научные журналы оказались привязанными к частным компаниям и контролируемым ими базам индексирования, понижая конкурентный потенциал российских журналов, привязывая их к внешним нормативам с потерей приоритетности (первой публикации). Посредством сложившегося положения дел наносится существенный вред развитию науки и образования в России [25].

К проблемам цифровой экономики и экономики знаний можно отнести оптимизацию системы образования, чтобы обеспечить возможность планирования образовательного процесса, которое позволит оценить общественную потребность в квалифицированных врачах, педагогах, инженерах, программистах и специалистах для экономики знаний, а не выпускать низкоквалифицированных юристов, маркетологов, специалистов по связям с общественностью, представителей других невостребованных гуманитарных специальностей [8].

Наряду с проблемами цифровизации экономики можно выделить ряд преимуществ цифровой экономики для населения, которое является потребителем товаров и услуг. Появилась возможность оперативного получения товара или услуги, отсутствует необходимость ожидания. Уменьшается стоимость товара, так как производители не расходуют средства на логистику и хранение товаров. Ресурс электронных товаров практически неисчерпаем, в отличие от материальных, доступ к ним и выбор значительно облегчены. Это в конечном итоге приводит к повышению качества жизни населения [15].

Анализ цифровизации экономики показал, что внедрение цифровой экономики во все сферы человеческой деятельности может разрушить национальный суверенитет страны. Данный факт эксперты связывают с развитием большинства технологий на базе зарубежных цифровых платформ [5, 20,23, 25].

Важной проблемой может стать резкое снижение рабочих мест для представителей профессий низкой квалификации. В связи с этим могут исчезнуть с рынка труда такие профессии, как продавец, кассир, водитель, что приведет к значительному повышению уровня безработицы. Необходимо разработать программы профессиональной переориентации и трудоустройства данной категории граждан [9].

Нерешенной проблемой цифровой экономики продолжает оставаться безопасность данных. Несостоятельность системы безопасности на любом из этапов внедрения программы цифровизации может привести к увеличению цифровых экономических преступлений. Поэтому дальнейшая цифровизация экономики потребует создания и внедрения беспрецедентной системы безопасности.

 

Заключение. Результаты и обсуждение

 

1. Цифровая экономика охватила все сферы человеческой деятельности и отрасли народного хозяйства: промышленность, сельское хозяйство, здравоохранение, образование, коммунальные услуги, индустрию развлечений и туризма, возникли транспортные проекты класса цифровой железной дороги и преобразования городов и энергетических систем.

Теоретический анализ источников по институциональной экономике и экономической психологии позволяет определить цифровую экономику как систему производственно-экономических, социальных и культурных отношений, основанных на использовании цифровых технологий, формирующих логистические системы.

2. Программа «Цифровая экономика», разработанная Экспертным советом при Правительстве РФ по цифровой экономике, направлена на решение следующих задач:

- рост включенности граждан и хозяйствующих субъектов в работу в цифровом пространстве;

- создание инфраструктуры, обеспечивающей взаимодействие субъектов в цифровом пространстве;

- образование устойчивых цифровых экосистем для хозяйствующих субъектов;

- снижение издержек хозяйствующих субъектов и граждан при взаимодействии с госу-
дарством и между собой;

- повышение конкурентоспособности экономики, хозяйствующих субъектов и граждан за счет цифровых преобразований во всех сферах жизнедеятельности общества.

Для интенсификации развития экономики знаний в России недостаточно программы цифровизации и информатизации экономики, поскольку требуется создание спроса на новые знания и технологическое обновление во всех сегментах экономики.

Институциональные коррекции системы науки и образования связаны с ростом трансакционных издержек, ухудшая процесс адаптации, и оборачиваются потерей научных школ, уводя от содержания научной работы и перенося ответственность за коммерциализацию на ученых, не являющихся субъектами спроса на свои же результаты.

Выходом из сложившейся ситуации является защита от «утечки мозгов», необходимость правовой авторской охраны интеллектуальной собственности российских ученых и изобретателей в сфере цифровизации экономики и информационных технологий.

References

1. Digital economy of the Russian Federation: program: decree of the government of the Russian Federation No. 1632-R of July 28, 2017 [Text] // Collection of legislation of the Russian Federation. – 2017. - no. 32. – St. 5138. - URL: http://www.pravo.gov.ru (03.08.2017).

2. Azizkulov, D.M. Digital economy: the concept, characteristics and prospects for the Russian market [Text] / D.M. Aitkulov // Economy vector. – 2018. - №3(21). – P. 62.

3. Andreeva, E.Yu. Digital economy of the future.Industry 4.0 [Text] / V.Yu. Andreeva, V.D. Filchakova // Applied mathematics and fundamental Informatics. – 2016. - no. 3. – P. 214-218.

4. Babkin, A.V. Model of the national innovation system based on the knowledge economy [Text] / A.V. Babkin, T.Yu. Khvatova // Economics and management. – 2010. - №12(62). – P. 170-176.

5. Babkin, A.V. Formation of the digital economy in Russia: the nature, characteristics, technical normalization, the problems of development [Text] / V.A. Babkin, D.D. Burkalev, D. Kosten, J.N. Sparrows // Scientific and technical statements of SPbGPU. Economic Sciences. – 2017.- Vol. 10.- No. 3.- P. 9-25.

6. Baranov, D.N. The essence and content of the category "Digital economy" [Text] / D.N. Baranov // Bulletin of the Witte Moscow University. Series 1: Economics and management. – 2018. – No. 2. – P. 15-23.

7. Burkaltseva, D.D. Conceptual model of a rational interaction of business entities with regard to the influence ofinstitutional factors in modern conditions [Text] / D.D. Burkaltseva // Humanitarian, socio-economic and social Sciences. – 2017. – No. 3. – P. 179-182.

8. Galperina, A.D. Analysis of typologies of corporate cultures: in the aspect of the Digital-Wood model [Text] / A.D. Galperina // Russian economic Bulletin. – 2020. – Vol. 3. – No. 1. – P. 247-253.

9. Dzhurinsky, A.N. Digital education in Western Europe and the United States: hopes and realities [Text] / A.N. Dzhurinsky // Siberian pedagogical journal. – 2019. – No. 3. – P. 162-168.

10. Erokhin, D.V. Economic and psychological characteristics of the use of digital technologies in business processes and personnel management [Text] / D.V. Erokhin, L.A. Vestimaya, O.I. Trutnev // Ergodesign. – 2020. – №1(07). – P. 25-31. - doi:10.30987/2658-4026-2020-1-25-31.

11. Zozulya, D.M. Digitalization of the Russian economy and industry 4.0: challenges and prospects [Text] / D.M. Zozulya // Questions of innovation economy. – 2018. – Vol. 8. - No. 1. – P.1-14. - doi: 10.18334/vinec. 8. 1. 38856.

12. Koshkin, R.P. Digital economy – a new stage in the development of the information society in Russia [Text] / R.P. Koshkin // Strategic priority. – 2017. – №3(15). – P. 4-15.

13. Kuprianovsky, V.P. Demystification of the digital economy [Text] / V.P. Kuprianovsky, D.E. Namiot, S.A. Sinyagov // International Journal of Open Information Technologies. – 2016. – Vol. 4. – No. 11. – P. 59-63.

14. Marakulin, V.M. Introduction of the concept of "digital economy" in contemporary practice of public administration of the Russian Federation [Text] / M.V. Marakulin // Investment Management and innovation. – 2018. – No. 2. – P. 67-73.

15. Polyanskaya, O.A. Positive and negative trends in the development of the digital economy in Russia [Text] / O.A. Polyanskaya, V.V. Bespalov, V.N. Tatarenko // St. Petersburg economic journal. – 2018. – no. 3. – P. 24-30.

16. Rozanova, N.M. Teaching in the era of Digital generation: learning using LMS [Text] / N.M. Rozanova // Terra Economicus. – 2012. – Vol. 10. – No. 4. – P. 139-149.

17. Spasennikov, V.V. First All-Russian conference "Psychology and Economics" (Kaluga, February 3-5, 2000) [Text] / V.V. Spasennikov, E.H. Lokshina, V.M. Sokolinsky // Bulletin of the Russian humanitarian Fund. - 2001. – No. 1. – P. 236-242.

18. Spasennikov, V.V. Economic psychology: textbook [Text] / V. V. Spasennikov. – M.: PerSe, 2019. – 448 p. - URL:http://www.iprbookshop.ru/8842html.- ISBN 978-5-4486-0880-3.

19. Spasennikov, V.V. Regional education system and local labour markets: the search for a balance of supply and demand of skilled personnel [Text] / V.V. Spasennikov // Sociology of education. – 2008. – No. 10. – P. 29-46.

20. Sukharev, O.S. Information economy: knowledge, competition and growth [Text] / O.S. Sukharev. – M.: Finances and statistics, 2015. – 288 p. – ISBN 978-5-279-03565-6.

21. Sukharev, O.S. Information and agents: how the behavior model is formed [Text] / O.S. Sukharev // Economic science of modern Russia. – 2016.- no. 3.- P. 43-55.

22. Sukharev, O.S. Knowledge Economy: prospects of the technological market [Text] / O.S. Sukharev // Economy. Taxes. Pravo. – 2020. - no. 2. – P. 16-33. - doi: 10.26794/1999-849X-2020-13-2-16-33.

23. Trukhina, O.A. Formation of the digital economy in Russia: essence, features, problems of development [Text] / O.A. Trukhina, I.V. Smirnova // Innovative development of economy. – 2018. – №4(46). – P. 117-124.

24. Frolov, D.P. Evolutionary Economics on the peak and crisis [Text] / D.P. Frolov // Journal of Institutional Studies. – 2020. – №12(1). – P. 19-37.

25. Tsalikov, I.K. Research on the formation of Soft Skills (survey data in international databases Scopus, Web of Science) [Text] / I.K. Tsalikov, S.V. Pakhotina // Education and science. – 2019. – T. 21. – No. 8. – P. 187-207.

26. Shvab, K. Fourth industrial revolution [Text] / K. Shvab. – Moscow: Eksmo, 2016. – 208 p.

27. An economy based on knowledge: studies'. manual [Text] / under the General editorship of A. L. Gaponenko. – M.: Russian Academy of public administration under the President of the Russian Federation, 2006. – 352 p.

28. Yudina, T.N. Understanding the digital economy [Text] / T.N. Yudina // Theoretical Economics. – 2016. – №3(33). – P. 12-16.

29. Kahneman, D. Prospect theory: An analysis of decision under risk [Text] / D. Kahneman, A. Tversky // Econometrica, 1979. – Vol. 47. – P. 263-291.

30. Liagouras, G. The challenge of Evo-Devo: implications for evolutionary economists [Text] / G. Liagouras // Journal of Evolutionary Economics. – 2017. – Vol. 27(4). – P. 795-823.

31. Negroponte, N. Being Digital [Text] / N. Negroponte. – New York Inc. knopf A., 1995. – 259 p.

32. Weber, A. The role of education and development in developing countries [Text] / A. Weber // Social and Behavioral Sciences. – 2011. – Vol. 15. – P. 2589-2594.